Око Мира. Роберт Джордан.

Никто из них не обзывал меня глупцом перед всем Советом. Никто из них не говорил Совету, что не у всех его участников хватает ума.

- Похоже, половине из них я еще и польстила, - парировала Найнив. Она зашагала прочь, ни разу не оглянувшись, оставив Брана двигать челюстью в поисках достойного ответа.

Эгвейн обернулась к Ранду, словно собиралась с ним заговорить, затем вместо этого бросилась за Мудрой. Ранд понимал, что должен быть способ удержать ее в Двуречье, но то, до чего смог додуматься, он не был готов принять, даже если этого хочет она. И то, что девушка столько раз заявляла о своем нежелании, заставляло его чувствовать себя еще хуже.

- Этой молодухе нужно замуж, - заворчал Кенн Буйе, покачиваясь на носках. Багровое лицо его потемнело больше прежнего. - Ей недостает должного уважения к мужчинам. Мы - Совет Деревни, а не мальчишки, подметающие ее двор, и...

Мэр устало выдохнул через нос и внезапно повернулся к старому кровельщику:

- Замолчи, Кенн! Хватит поступать так, словно ты Айил с черной повязкой на лице! - Худой кровельщик, оторопев, застыл, вытянувшись на носках. Никогда мэр не позволял гневу брать над ним верх. Бран свирепо смотрел на Кенна. - Сгореть мне на месте, но нам нужно заняться более насущными делами, чем обсуждение этих глупостей. Или ты хочешь доказать правоту Найнив?

С этими словами он, тяжело шагая, вернулся в гостиницу и захлопнул за собой дверь.

Члены Совета глянули на окаменевшее лицо Кенна, потом двинулись в разные стороны - все, кроме Харала Лухана, который, негромко о чем-то говоря, пошел рядом с кровельщиком. Кузнец был единственным человеком, кто мог убедить Кенна внять голосу разума.

Ранд направился навстречу отцу, его друзья потянулись за ним.

- Я ни разу не видел мастера ал'Вира таким взбешенным, - было первое, что сказал Ранд, получив от Мэта полный недовольства взгляд.

- Мэр и Мудрая редко приходят к согласию, - сказал Тэм, - а сегодня согласия между ними меньше обычного. Вот и все. То же самое в любой деревне.

- А что о Лжедраконе? - задал Мэт вопрос, к которому добавилось нетерпеливое ворчание Перрина:

- Что об Айз Седай?

Тэм медленно покачал головой:

- Мастер Фейн знает не намного больше того, что уже успел сказать. Для нас мало интересного. Битвы выиграны или проиграны. Города сданы или снова отбиты. Все - в Гэалдане, хвала Свету. За его пределы война не вышла, или же это последнее, о чем узнал мастер Фейн.

- Про битвы мне интересно, - произнес Мэт, а Перрин добавил:

- Что он про них сказал?

- Для меня битвы интереса не представляют, Мэтрим, - сказал Тэм. - Но я уверен, что попозже он с радостью все : про них вам выложит. Главное, нам не следует тревожиться о них здесь, - как решил Совет. Мы не видим причин, по которым Айз Седай могут появиться тут на пути на юг. Что касается обратного путешествия, я думаю, вряд ли им захочется проезжать через Лес Теней и переправляться через Белую.

Ранд и его друзья при этих словах насмешливо фыркнули. Имелось три причины, по которым никто не появлялся в Двуречье иначе как с севера - со стороны Таренского Перевоза. Первая, разумеется, - Горы Тумана, возвышающиеся на западе, а на востоке путь надежно перекрывала Трясина. На юге текла река Белая, получившая свое название от пены, вскипающей в бурлящем столкновении быстрого потока со скалами и валунами. А за Белой лежал Лес Теней. Мало кто из двуреченцев когда-либо переправлялся через Белую, и совсем немногие из них смогли вернуться. Лес Теней протянулся на юг, по всеобщему мнению, на сотню или даже больше миль, без дорог и жилья, но зато там было полным-полно волков и медведей.

- Значит, для нас все этим и кончится, - сказал Мэт. В голосе его слышалось по меньшей мере разочарование.

- Не совсем, - отозвался Тэм. - Послезавтра мы отправим людей в Дивен Райд, в Сторожевой Холм и еще в Таренский Перевоз договориться о том, чтобы выставить дозоры. Верховые вдоль Белой и Тарена, а между ними --пешие. Сделать бы это сегодня, но со мною согласился один мэр. Остальным никак не решиться попросить кого-нибудь провести весь Бэл Тайн верхом на лошади, носясь по всему Двуречью.

- Но, по-моему, вы говорили, что нам тревожиться не о чем, - сказал Перрин, и Тэм отрицательно качнул головой:

- Я сказал, что не следует, я не говорил, что не должны. Я знавал людей, погибших потому, что они были убеждены: того, что случиться не может, никогда и не случится. Кроме того, сражения сорвут с насиженных мест разный люд. Большинство будут лишь стараться обрести защиту, но другие станут искать возможность поживиться в смуте. Первым мы протянем руку помощи, но вторым мы должны быть готовы дать от ворот поворот.

Внезапно заговорил Мэт:

- А можем и мы поучаствовать в этом деле? Я, например, очень хочу. Знаете, я могу ездить верхом, как и всякий в деревне.

- Тебе хочется несколько недель холода и скуки, сна урывками под открытым небом? - засмеялся Тэм. - Наверняка это все, что там будет. Надеюсь, только это. Мы далеко в стороне даже от пути беженцев. Но если ты решился, поговори с мастером ал'Виром.