Око Мира. Роберт Джордан.

До прошлой ночи к югу от Пограничных Земель не многие мужчины могли похвастать, что видели троллока, и намного меньше среди них было тех, кому удалось убить его.

- И еще меньше тех, кто убил троллока один на один, - устало сказала Морейн. - Все сделано, Ранд. Лан, помоги мне встать.

Страж устремился к ней, но быстрее него к кровати рванулся Ранд. Кожа Тэма на ощупь была прохладной, хотя лицо его оставалось бледным и изможденным, словно он давно не выходил на солнце. Глаза Тэма по-прежнему были закрыты, но дышал он глубоко, как будто спал.

- С ним все будет в порядке? - озабоченно спросил Ранд.

- После отдыха - да, - сказала Морейн. - Несколько недель в постели и он будет здоров, как раньше. - Опираясь на руку Лана, она сделала несколько нетвердых шагов. Страж подхватил плащ и жезл с подушечки на стуле, чтобы усадить ее, и она со вздохом опустилась на сиденье. С неспешной тщательностью Морейн завернула ангриал в шелк и уложила его в поясную сумку.

Плечи Ранда задрожали, и, чтобы удержаться от радостного смеха, он закусил губу. В то же время ему пришлось провести рукой по глазам, чтобы вытереть слезы.

- Спасибо вам!

- В Эпоху Легенд, - продолжала Морейн, - некоторые Айз Седай могли раздуть самую малую искру жизни и здоровья, оставшуюся в человеке. Те дни прошли, и возможно, навсегда. Столь многое было потеряно - не только секрет изготовления ангриалов. Если бы помнили, то сколь многое можно было сделать, о чем мы и мечтать не смеем. Очень, очень мало нас теперь. Почти все таланты исчезли, а большинство из оставшихся стали, судя по всему, слабее. В больном должны оставаться воля и силы, чтобы даже сильнейшие из нас могли преуспеть на пути Исцеления. Большая удача, что твой отец сильный человек - и душой, и телом. Как бы то ни было, он много труда потратил на борьбу за жизнь, но все силы, что остались, теперь нужны ему для выздоровления. Оно потребует времени, но порчи больше нет;

- Я ваш вечный должник, - сказал юноша Морейн, не поднимая взгляда от Тэма, - и сделаю для вас все, что могу. Все! - Он припомнил разговор о цене, а потом и свое обещание. Стоя на коленях подле Тэма, Ранд был готов ко всему, даже больше, чем раньше, но до сих пор не решался взглянуть на нее. - Все. Если только это не причинит вреда, деревне или моим друзьям.

Морейн подняла руку в отстраняющем жесте:

- Только если ты считаешь это необходимым. Но мне все равно хотелось бы поговорить с тобой. Нет никаких сомнений, что ты уедешь одновременно с нами, и потом мы с тобой сможем побеседовать подробно.

- Уехать! - воскликнул Ранд, с трудом поднявшись на ноги. - Неужели на самом деле так плохо? По-моему, у всех на уме одно: начать отстраивать все заново. Мы, люди Двуречья, народ оседлый. Никто никогда не уезжал.

- Да и куда нам идти? Падан Фейн говорит, погода везде такая же плохая. Он... он... торговец. Троллоки:.. - У Ранда сжало горло, и ему очень захотелось, чтобы Том Меррилин не рассказывал ему, что едят троллоки. - По-моему, лучшее, что нужно сделать, - это остаться здесь, откуда мы родом, в Двуречье, а потом все уляжется. У, нас зерно посеяно, и для стрижки скоро будет уже тепло. Не знаю, кто: завел этот разговор о том, чтобы уехать, - кто-то из Коплинов, готов поспорить,--но кто бы это ни был...

- Овечий пастух, - вмешался Лан, - ты бы слушал, вместо того чтобы болтать.

Ранд уставился на них обоих. До него дошло, что он бессвязно лепетал, перескакивая с одного на другое, а она в это время пыталась ему что-то втолковать. С ним пыталась говорить Айз Седай! Юноша лихорадочно стал искать слова для извинений, но Морейн улыбнулась ему.

- Я понимаю, что ты чувствуешь. Ранд, - сказала она, и ему стало неловко оттого, что она действительно понимает. - Не думай больше об этом. - Ее губы сжались, и она покачала головой. - С этим, по-моему, я справилась неважно. Наверное, мне сначала надо было отдохнуть. Уехать нужно будет именно тебе, Ранд. Уехать отсюда должен ты, ради блага своей деревни.

- Я? - Голос сорвался, и он выдавил снова: - Я? - На этот раз получилось чуть лучше. - Почему это мне надо уезжать? Я ничего не понимаю. Не хочу я никуда уезжать!

Морейн посмотрела на Лана, и тот расцепил сложенные на груди руки. Он взглянул на Ранда из-под кожаной головной повязки, и у юноши вновь появилось такое чувство, будто его взвешивают на невидимых весах.

- Знаешь ли ты, - неожиданно сказал Лан, - что на некоторые дома в деревне не напали?

- Да ведь полдеревни - пепелище, - возразил Ранд, но Страж отмахнулся от этих слов.

- Некоторые из домов подожгли лишь для пущей сумятицы. А после троллоки не обращали на них никакого внимания, как и на людей, что из них выбегали, если те не оказывались ненароком на острие истинной атаки. Большинство из тех, кто прибыл сюда из окрестных ферм, и шерстинки от троллока не видели, даже издали. Они и не догадывались, что здесь какие-то беды, пока не увидели деревню.

- Я слышал о Дарле Коплине, - медленно произнес Ранд. - Полагаю, что это до него не дошло.