Око Мира. Роберт Джордан.

Одернув куртку, юноша выпрямился. Нужно с кем-нибудь поговорить. Повариха сказала, что кто-то остался в гостинице. Едва сдерживаясь, чтобы не бежать, он зашагал по коридору.

Стукнув в дверь комнаты, в которой ночевали его друзья, и просунув голову вовнутрь, Ранд обнаружил там Перрина, который, до сих пор еще не одетый, лежал в постели. Перрин повернул голову на звук открывшейся двери, увидел Ранда, затем опять смежил веки. В углу Ранд заметил прислоненные к стене лук и колчан Мэта.

- Слышал, ты неважно себя чувствуешь, - сказал Ранд, заходя в комнату. Он подошел к Перрину и сел на соседнюю кровать. - Я просто хотел поговорить. Я... - Он вдруг понял, что не знает, с чего начать. - Если ты болен, - произнес Ранд, привстав, - то тебе, наверное, надо бы поспать. Ладно, тогда я пойду.

- Не знаю, смогу ли я когда-нибудь опять уснуть, - вздохнул Перрин. - Мне, если хочешь знать, приснился жуткий сон, и уснуть никак не удается. А Мэт оказался довольно-таки шустр, раз успел рассказать тебе. Утром он поднял меня на смех, когда я объяснил, почему слишком устал, чтобы идти с ним, но ему тоже что-то снилось. Почти всю ночь напролет я слышал, как он ворочается и бормочет, и можешь мне не говорить, что он крепко спал ночью. - Перрин уронил на лицо широкую ладонь, закрывая глаза. - Свет, но я устал. Может, сумею встать, если полежу тут часок-другой. Если из-за этого кошмара мне не удастся посмотреть на Байрлон, Мэт мне все уши о нем прожужжит.

Ранд медленно опустился обратно на кровать. Облизнул губы, затем выпалил:

- Он убил крысу?

Перрин опустил руку и уставился на друга.

- И ты тоже? - наконец смог он произнести. Когда Ранд кивнул, Перрин произнес: - Хотел бы я оказаться дома. Он мне сказал... он сказал... Что нам делать? Ты Морейн говорил?

- Нет. Пока нет. Может, ничего и не скажу. Не знаю. А ты?

- Он сказал... Кровь и пепел, Ранд, я не знаю. - Перрин резко приподнялся на локте. - Ты думаешь, Мэту снился тот же сон? Он смеялся, но ему было не до смеха. А когда Я сказал, что из-за этого сна не могу уснуть, то выглядел он как-то подозрительно.

- Может, и тот же, - сказал Ранд. Он почувствовал облегчение, а вместе с ним и ощущение вины, - что, оказывается, не на него одного такая напасть.

- Я собираюсь спросить совета у Тома, - сказал Ранд. - Он многое повидал в мире. Ты... ты не считаешь, что нам нужно рассказать все Морейн, да?

Перрин повалился обратно на подушку.

- Ты же слышал предания об Айз Седай. По-твоему, Тому можно доверять? Мы вообще хоть кому-то можем доверять? Ранд, если мы выберемся из этой передряги живыми, если когда-нибудь вернемся домой и ты услышишь от меня хотя бы словечко о том, чтобы оставить Эмондов Луг, даже о том, чтобы сходить в Сторожевой Холм, пни меня хорошенько. Ладно?

- О чем разговор, - ответил Ранд, растягивая губы в улыбке, такой жизнерадостной, на какую только был способен. - Мы обязательно вернемся домой. Давай, вставай. Мы же в настоящем городе, и у нас целый день, чтобы поглядеть на него. Где твоя одежда?

- Ты иди. Я просто немножко полежу. - Перрин опять прикрыл глаза рукой. - Ты иди. Я тебя через час или два найду.

- Многое потеряешь, - сказал Ранд, поднявшись. - Подумай о том, что упустишь. - Он остановился у дверей. - Байрлон. Сколько раз мы говорили, что однажды увидим Байрлон?

Перрин лежал с закрытыми глазами и не промолвил ни слова. Через минуту Ранд шагнул за порог и затворил за собою дверь.

В коридоре юноша прислонился к стене, улыбки как не бывало. Голова до сих пор болела; лучше не стало, наоборот, хуже. Вряд ли он придет в большой восторг от Байрлона, по крайней мере, не сейчас. Пожалуй, ничего не смогло бы сейчас вызвать у Ранда воодушевления.

Мимо прошла служанка со стопкой простыней в руках и с интересом оглянулась на него. Прежде чем она успела заговорить с Рандом, он заторопился по коридору, горбясь под плащом. До конца выступления Тома пройдет не один час. А пока можно оглядеться вокруг. Может, удастся найти Мэта и узнать, не появлялся ли в его снах Ба'алзамон. На этот раз спускаться по лестнице Ранд стал помедленнее, потирая висок.

Ступеньки кончились возле кухни, и юноша решил выйти отсюда. Он кивнул Саре, но когда повариха, казалось, решила продолжить беседу с того места, где она прервалась в прошлый раз, Ранд поспешил шмыгнуть к выходу. Конный двор оказался пуст, не считая Матча, стоявшего в дверях конюшни, да один из конюхов нес туда на плече какой-то мешок. Ранд кивнул и Матчу, но старший конюх свирепо глянул на него и скрылся в конюшне. Ранд не терял надежды, что остальные в городе больше схожи с Сарой, а отнюдь не с Матчем. Полный решимости посмотреть на то, каков он, этот самый город, юноша ускорил шаг.

Около распахнутых ворот, ведущих с конного двора, он остановился и обвел взглядом улицу. Она была полна народу, люди теснились на ней, словно овцы в загоне, - закутанные в плащи и куртки до самых глаз, шапки надвинуты поглубже от холода, шли они быстрым шагом, то и дело обгоняя один другого, будто их гнал ветер, свистевший в кровлях домов, они толкали друг друга и проходили мимо, почти не обмениваясь ни словом приветствия, ни взглядом.